david_gor (david_gor) wrote,
david_gor
david_gor

Category:

Неопределённость собственника информационных систем и собственника данных (ст.6 закона)

Ещё один тяжёлый вопрос, не разрешив который мы далеко не уйдём.

Кто является собственником персональных данных и почему у информационных систем, которые со всей очевидностью представляют собой не только технические средства, но и хранящуюся в них информацию может быть собственник, а у информации собственника быть не может.
Сначала об имени.
Насчёт исключительных прав на имя лучше меня скажут представители православной общественности. Если коротко, то суть идеи в том, что имя собственное на то и собственное, что никто кроме самого человека (или его законных представителей, там где речь о ребёнке) не вправе это имя изменить. Испокон веков считалось, что никто не может посягнуть на имя человека, если конечно, человек не раб (рабу, также как и лошади при перемене хозяина могли дать новое имя). Однако, православная общественность вряд ли вспомнит, что была такая товарищ Коллонтай, которая возмущалась тем, что, выходя замуж, женщина меняет часть имени (фамилию) практически всегда и без всякой своей или чужой воли, а вот мужчина на перемену фамилии испрашивал сначала благословение от родителей, а потом ходатайствовал перед властями (в первую очередь это касалось дворян с их заморочками на предмет двойных и тройных фамилий). В принудительной перемене имени она видела элемент порабощения, впрочем, как и в институте брака в целом. И первое, что сделали придя к власти комиссары в области гендерной и семейной политики – это: признали недействительными все церковные браки (очень важное решение в условиях большого количества разлучённых семей притом, что продукты распределялись по семьям, т.е. это решение было продиктовано всё той же необходимостью учёта и распределения, т.к. в этих целях было удобнее быстро создать новые семьи из осколков старых), обеспечили равные избирательные права и обеспечили право женщин не менять имя выходя замуж.
С вопросами непосягательства на имя всё понятно. Вопрос в том, как быть с остальными персональными данными – допустимы ли какие либо манипуляции с ними без воли человека или человек сохраняет исключительные права на любую информацию о себе. Если существуют такие исключительные права, то в чём они выражаются и как это соотносится с остальным правом.
Для начала разберёмся с именем:
Имя есть составная часть персональных данных, являющаяся универсальным идентификатором человека и всего, что к человеку относится, т.е. его остальных персональных данных. В силу этого, уже по факту своего назначения (идентифицировать), имя находится в общем пользовании независимо от воли человека. При этом человек имеет исключительные права на своё имя, в том числе и право его менять. Собственно, номер и понадобился для того, чтобы ввести более устойчивый идентификатор, т.к. предполагается, что человек будет лишён права изменить этот номер по своей воле. Все измышления о том, что номер присваивается не человеку, а его персональным данным не более, чем трюк для невежественных верующих (те, кто поумнее в это не поверят). Приблизительно так англичане, вывозя рабов из Африки, оговаривали, что покупают у туземцев только самих соплеменников, а духи предков, которые были связаны с каждым членом племени от рождения, не являются предметом сделки (для этого шаманы перед продажей соплеменников с помощью специальных обрядов лишали их покровительства духов, чтобы духи не покидали племя). В этом смысле гипотеза христиан, заключающаяся в том, что присвоение номеров есть замена имени неверна (просто эта гипотеза лучше сочетается с Откровением Иоанна Богослова). На самом деле происходит не замена имени, а присвоение имени собственному как единому, но сменяемому по воле человека идентификатору, ещё одного идентификатора (несобственного), который уже не может быть изменён. Обычная двухуровневая конструкция персональных данных, состоящая из идентификатора (имя) и остальных персональных данных надстраивается ещё одни уровнем – несменяемым идентификатором всего остального. Очевидно, что остальное – это и есть личность, которая тоже не меняется даже с переменой пола. Личность – это то, что обладает юридическим статусом, обладает правоспособностью и правосубъектностью, а значит, несёт бремя обязанностей и ответственности. Личность – это то, что устанавливается и удостоверяется при реализации прав и обязанностей, т.е. то, что идентифицируется независимо от имени (преступники часто имеют несколько различных имён, но несут ответственность независимо от того, как они представляются). В англосакском праве есть такая форма – человека, не желающего раскрывать своё имя, но несущего ответственность за уголовные преступления в целях судопроизводства условно называют Джон Доу и судят под этим условным именем. Главное – идентифицировать как ни будь человека и установить степень его виновности и ответственности. В России напротив, личность устанавливается в обязательном порядке.
Вот в Швеции всё без затей, там никаких трюков с идентификацией персональных данных нет. Там номер присваивается именно человеку, причём сразу после рождения и независимо от того дадут родители в последующем ребёнку имя или не дадут. Там номер является идентификатором личности и точка.
Таким образом, на вопрос кому принадлежит имя собственное ответ очевиден, тому, чьё имя. А на вопрос кому принадлежит идентификатор персональных данных (включая и само имя собственное), ответ неясен, поскольку имя человек поменять по своей воле может, а номер задумывается как несменяемый. Имя принадлежит человеку, но находится в общем пользовании, а номер находится в пользовании человека, однако непонятно кому принадлежит.
Остаётся неясным ответ на ещё один вопрос: кто вправе давать несменяемое имя (идентификатор) самому имени человека и как это право (присваивать несменяемый идентификатор идентификатору, сменяемому по воле человека) соотносится с общими принципами правопостроения в России. Если ответ на этот вопрос будет найден, то остальное уже дело техники.
Если на этот вопрос ответа нет, т.е. право присваивать несменяемое цифровое имя сменяемому обычному имени невозможно встроить в общую систему права то придётся от этой идеи отказаться.
В этом случае ключевым вопросом станет вопрос о том, возможно ли дальнейшее управление обществом в условиях возможности смены идентификатора (имени). Если невозможно, то разумнее было бы просто запретить людям менять имя. По крайней мере, право менять имя не является конституционным правом, в то время как право иметь убеждения и действовать в соответствии с ними, надёжно защищено Конституцией. Для православных такой компромисс представляется допустимым (придётся всего лишь отказаться от такой нерелигиозной традиции, как перемена фамилии женщины при замужестве). Зато сохранится представление о том, откуда берётся идентификатор (кто его присваивает раз и навсегда), т.к. источником имени будут родители или заменяющие их лица, включая государственные учреждения. Одновременно с таким решением рухнула бы одна из наиболее распространённых и подрывающих доверие к власти теорий заговора, согласно которой номера присваиваются людям для того, чтобы разрушить государство и подчинить народ России некоему мировому правительству, которое без номеров почему-то прийти к власти не может (почему не может неясно, также как неясно почему правительство России не может без этих номеров обойтись). Как и с другими теориями заговора, доводы сторонников этой идеи не могут быть твёрдо подтверждены (иначе какой же это заговор). Однако, как и любая другая идея заговора власти против народа, эта теория влияет на авторитет власти и приводит к неадекватным действиям её сторонников, в том числе и на выборах. Одним словом вносит нестабильность и неопределённость в политическую жизнь страны, явно или неявно эксплуатируется целым рядом политиков и влияет на политическую активность части населения.
С православными, как наиболее чувствительными к данной теме всё относительно ясно. Для них ограничение права гражданина менять имя меньшее зло, чем присваивание им (если угодно товарищу Рейману, их персональным данным) другого имени (номера). Однако для остальных граждан такое ограничение может быть неприемлемым, хотя в действительности разницы нет (что номер несменяемый, что имя несменяемое). Конечно, встанут проблемы усыновления, неудобных имён, нежелания носить фамилии родителей вследствие семейных дрязг и личной неприязни, стремления избавиться от неудобного прошлого и т.д. Однако эти проблемы гораздо проще решаются, чем фундаментальный вопрос о том может ли государство ограничить право граждан менять идентификатор (неважно идёт ли речь о несменяемом имени или о несменяемом номере). Если не может, то и говорить не о чем. Если может, то можно думать как. Например, все вопросы с усыновлением решаются, если закрепление за человеком имени будет производиться только по достижении совершеннолетия (вполне приемлемый для государства компромисс). Вопрос избавления от прошлого путём перемены имени в одинаковой степени отпадает как при введении несменяемых идентификаторов, так и при ограничении права на перемену имени. В принципе в случае введения несменяемых идентификаторов настолько многое изменится, что действительно разницы нет в каких символах этот идентификатор выражен (буквенных или цифровых) – просто люди это ещё не осознали.
Итак вопросы для гигантов мысли:
1. Кому принадлежит имя собственное (которое находится в общем пользовании)?
2. Кому будет принадлежать идентификатор персональных данных (если закон будет принят)?
3. Возможно ли дальнейшее управление обществом в условиях сменяемости идентификатора
личности?
4. Может ли государство ограничить право гражданина менять свой идентификатор?
Subscribe

  • Альтердемагогия о национализме.

    По плану вроде как об Украине надо было ещё за два текста до текущего. Но не решаюсь. Каркать не хочу. И сам не знаю чего жду и на что надеюсь. Так…

  • Ещё об ориентирах.

    Начну с новостей: За выходные появились первые документы по ситуации с Украиной. РФ передала США свой план по Украине: федерализация,…

  • К вопросу о революции.

    (забегая вперёд) Вот пографоманил чуточку и добыл себе пищу для размышлений . За последние два дня в моём журнале появилось несколько…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 32 comments

  • Альтердемагогия о национализме.

    По плану вроде как об Украине надо было ещё за два текста до текущего. Но не решаюсь. Каркать не хочу. И сам не знаю чего жду и на что надеюсь. Так…

  • Ещё об ориентирах.

    Начну с новостей: За выходные появились первые документы по ситуации с Украиной. РФ передала США свой план по Украине: федерализация,…

  • К вопросу о революции.

    (забегая вперёд) Вот пографоманил чуточку и добыл себе пищу для размышлений . За последние два дня в моём журнале появилось несколько…